Товарищи Коровина вспоминали о нем как о легком, беззаботном человеке, чуть ли не порхавшем по жизни в поисках «цветов удовольствия». Между тем, судьба художника, стоявшего у истоков новейшей русской живописи, была щедра на тяжелейшие трагедии. Но Коровин никогда не афишировал их.








